Когда речь заходит о налоговой политике, обычно все сводится к сухим цифрам и юридическим формулировкам. Но за каждым процентом ставки, за каждым порогом дохода стоят реальные люди — владельцы небольших салонов, кофеен, ателье и химчисток, которые каждый день решают, как удержать свое дело на плаву. Именно поэтому меня глубоко задевают предложения, которые звучат в последнее время из уст представителей крупного бизнеса.
Речь идет об инициативах, которые могут радикально изменить условия работы для миллионов микропредпринимателей. Предлагается отменить упрощенную систему налогообложения с базой «доходы», ликвидировать патентную систему, снизить порог для автоматизированной упрощенной системы и забрать у регионов право устанавливать пониженные ставки. Звучит как техническая корректировка, но по сути это приговор для малого бизнеса в сфере услуг.
Выступая на заседании экспертного совета при комитете по малому и среднему предпринимательству, я не могла не обратить внимание на фундаментальное противоречие этой ситуации.
Кто говорит от имени малого бизнеса?
Прежде чем углубляться в детали, важно понять источник этих предложений. Организация, которая их выдвигает, объединяет преимущественно средний и крупный несырьевой бизнес — более десяти тысяч компаний, в которых работают свыше четырех с половиной миллионов сотрудников. Это серьезная и влиятельная структура, но она не представляет интересы малого предпринимательства. И вот организация, защищающая интересы крупного бизнеса, предлагает отменить налоговые режимы, на которых держится малый. УСН с базой «доходы», патент, льготные региональные ставки — это инструменты не для корпораций с тысячами работников. Это инструменты для салона на пять кресел, кофейни на углу, ателье с одним помощником или химчистки в спальном районе.
Я не оспариваю ничье право вносить предложения. Но когда обсуждаются режимы, которых у самих авторов инициативы нет, за столом должны быть и те, кого это касается напрямую. Иначе получается разговор о судьбе малого бизнеса без участия самого малого бизнеса.
Взгляд изнутри: что теряет микропредприниматель
Если смотреть на этот пакет предложений глазами владельца небольшого салона, картина вырисовывается удручающая. Закрываются сразу все двери, которые позволяли работать легально и при этом не тонуть в бюрократии. УСН шесть процентов — это базовый режим для микробизнеса в услугах. У нас основная статья расходов — зарплаты мастеров, а в них нет ничего, что можно было бы вычесть. Поэтому для салона режим «доходы минус расходы» почти всегда невыгоднее, чем простые шесть процентов с оборота. Отмена этой базы означает либо переход на режим с более сложным учетом и необходимостью держать бухгалтера, либо на общую систему налогообложения, которая для маленького салона просто неподъемна.
Патент — это то, на чем работают индивидуальные мастера и микроточки по всей стране. Полтора миллиона предпринимателей. Для них патент это не льгота, а единственная форма, в которой их бизнес вообще существует как легальный. Уберите патент — и эти люди окажутся перед выбором: либо уйти в тень, либо закрыться.
АУСН: дверь, которую только что открыли
Самое болезненное в этих предложениях — судьба автоматизированной упрощенной системы. Напомню, что происходило весь этот год. После того как с января порог НДС опустили до двадцати миллионов, бизнес массово побежал на АУСН, где НДС нет и нет страховых взносов. В Петербурге поступления по этому режиму за восемь месяцев выросли в сто семьдесят восемь раз, число плательщиков — в тринадцать. По стране, по данным налоговой службы, плательщиков стало больше примерно в десять раз.
Это была реакция здорового организма: бизнесу закрыли одну дверь, он нашел другую и остался в легальном поле. Никто не побежал в тень. Люди перестроили учет, адаптировались к новым условиям, поверили в то, что этот режим будет работать. А теперь предлагается захлопнуть и эту дверь, выровняв порог по АУСН с двадцатью миллионами. То есть вернуть людей ровно туда, откуда они уходили, обнулив все затраты на перестройку учета. Это не просто несправедливо — это разрушительно для доверия к государственной налоговой политике.
Региональные ставки: инструмент, который нельзя отбирать
Отдельно хочу остановиться на пункте, который в новостях обычно теряется. Предлагается отменить право регионов устанавливать пониженные ставки УСН. В Петербурге для бизнеса на «доходы минус расходы» действует ставка семь процентов вместо федеральных пятнадцати. Этой ставкой пользуется больше ста тысяч налогоплательщиков в городе. Для многих из них, как написано в обращении самих предпринимателей в налоговую службу, это не столько льгота, сколько условие финансовой устойчивости и продолжения деятельности.
Регионы устанавливают такие ставки не от щедрости, а потому что видят свою экономику вблизи, под микроскопом, и понимают, где бизнес выживет, а где закроется. Забрать у них этот инструмент — значит лишить регионы возможности настраивать условия под собственную реальность. Петербург, Воркута, Орск и Махачкала живут в разной экономике, и единая федеральная ставка это игнорирует. То, что работает в столичном мегаполисе, может быть смертельным для малого бизнеса в небольшом городе.
Прецедент, который уже сработал
Я бы не относилась к этим предложениям как к идеям, которые ни к чему не приведут. Прецедент есть, и он свежий. В 2024 году по итогам предыдущей встречи президента с представителями крупного бизнеса было дано поручение правительству проанализировать параметры УСН и подготовить предложения по поэтапному отказу от этого режима для торговли. Поручение превратилось в работу, работа — в изменения налогового законодательства, которые мы проживаем в этом году.
То есть механизм работающий: предложения такого уровня становятся поручениями, а поручения — законами. Поэтому обсуждать их нужно сейчас, пока это предложения, а не через год, когда это будет нормой Налогового кодекса. Время на дискуссию есть, но оно ограничено.
Простота как условие выживания
Главный аргумент за отмену спецрежимов — борьба с дроблением и схемами ухода от налогов. Проблема реальная, и я ее не отрицаю. Но борьба со злоупотреблениями не должна решаться уничтожением инструмента. Дробятся те, у кого есть ресурс на юристов и несколько юрлиц. Салон на пять кресел, кофейня с одним баристой или химчистка на районе не дробится — ему нечего дробить. Но именно он останется без режима, если отменить УСН шесть процентов и патент.
Есть вещь, которую, по-моему, сильно недооценивают. Малый бизнес в услугах держится не на марже, а на простоте. Предприниматель, у которого нет бухгалтера, юриста и финансового директора, может работать легально только тогда, когда правила умещаются в голову, на одном листе бумаги. Патент и шесть процентов с оборота — это понятно. Как только появляется сложный учет расходов, НДС и обязательная отчетность, часть людей не перестраивается, а просто уходит в тень. Не потому что хитрые, а потому что не вытягивают. Они не могут позволить себе содержать штат специалистов, и это не их вина.
Что нужно сделать
Я вижу три ключевых шага, которые помогут избежать катастрофы. Первое — обсуждать эти предложения с участием тех, кого они в первую очередь касаются. Если речь идет о режимах малого бизнеса, за столом должны быть отраслевые объединения малого бизнеса, а не только представители крупного. Второе — разделить борьбу со схемами и доступность режимов. Дробление можно пресекать точечно, по признакам, не отменяя инструмент для всех. Третье, и самое важное — дать бизнесу горизонт планирования. Порог НДС меняется третий год подряд. Теперь обсуждают отмену самих режимов. В такой турбулентности никто не инвестирует и не планирует. И не будет этого делать. А без планирования не бывает ни роста, ни того самого внутреннего спроса, на который мы рассчитываем как на драйвер экономики. Малый бизнес — это не просто налогоплательщики, это основа экономической стабильности, и относиться к нему нужно соответственно.
